20
Дек, 2025

Рост BNPL-рассрочек в 2025 году становится маркером скрытых долгов и психологических рисков для потребителей и финансового рынка

По данным отчёта Morgan Stanley от 9 июня, в 2025 году потребители всё чаще используют BNPL1 для повседневных покупок, что может скрывать истинный уровень долговой нагрузки, поскольку эти обязательства пока не отражаются в кредитных отчётах.

Рост использования BNPL среди поколений

Согласно документу исследования Ainvest от 2 августа, реальные риски BNPL состоят в том, что его пользователи часто не осознают объём своих обязательств, поскольку большинство таких рассрочек не учитываются при традиционном кредитном скоринге, что позволяет заемщикам «накладывать» несколько ссуд друг на друга.

По данным сообщения издания «Ведомости», объём российского BNPL-рынка в первой половине 2025 года достиг 300 млрд рублей, почти удвоившись по сравнению с прошлым годом и демонстрируя, что рассрочки становятся всё более распространённым инструментом для покупок.

Согласно исследованию на платформе Ainvest, опубликованному 22 июля, BNPL создаёт «иллюзию доступности», поощряя потребителей тратить больше, чем они могли бы позволить себе при обычной оплате, что приводит к увеличению финансового стресса у уязвимых групп населения.

Почти каждый четвертый пользователь BNPL оказывается в зоне риска из-за накопления долгов, причём более 40 % пользователей сообщают о пропущенных платежах и возможных последствиях для кредитной истории, если задолженность уйдёт в коллекции, сообщается в Investopedia 12 августа.

Согласно исследованию Phys.org, опубликованному 9 января, анализ данных розничного онлайн-ритейлера в северных странах показал, что пользователи BNPL действительно тратят заметно больше, чем покупатели без рассрочки. В исследовании указано, что в выборе между тремя вариантами оплаты (карта, оплата при доставке и BNPL) покупатели, которые пользовались BNPL, за один сеанс покупок тратили в среднем на 6,42 % больше, чем те, кто не пользовался рассрочкой.

«Люди начинают рассматривать BNPL не как кредит, а как способ уменьшить психологическую боль от траты денег, что в итоге приводит к принятию менее взвешенных финансовых решений», — считает доктор экономики и поведенческий эксперт Джеймс Харрисон, автор исследований о влиянии цифровых финансовых инструментов на потребительское поведение, в статье Capital Market Journal 3 октября. По его словам, рассрочки «маскируют» истинное бремя долга, создавая иллюзию доступности и безопасности покупок. 

Финансовые регуляторы начинают обращать внимание на эти тенденции. По данным РБК от 16 октября 2024 года, Центральный банк России и финансовые организации обеспокоены тем, что рассрочки BNPL не учитываются в кредитных историях, и рассматривают возможность изменения требований к отчётности, чтобы сделать долговую нагрузку более прозрачной.

По данным The Week от 2 мая, в США более половины пользователей применяют BNPL даже для покупки продуктов, что может отражать более глубокие экономические трудности, а не только стремление к удобству.

Согласно сообщению ТАСС 1 ноября 2024 года, около 70 % компаний малого и среднего бизнеса отмечают рост продаж благодаря внедрению дополнительных способов оплаты, включая оплату по частям, что отражает коммерческий интерес к BNPL, но также усиливает риски неконтролируемой долговой нагрузки среди потребителей.

 

15
Дек, 2025

ЦБ ужесточает требования только для компаний с высокой долговой нагрузкой, стимулируя банки кредитовать финансово устойчивых заемщиков

С 1 декабря 2025 года Банк России увеличит макропруденциальную надбавку к коэффициентам риска по новым кредитам, выдаваемым крупным компаниям с чрезмерной долговой нагрузкой — с 20% до 40%. Об этом сообщается в пресс-релизе регулятора от 31 октября 2025 года. Новые правила касаются исключительно заемщиков, находящихся в зоне повышенного риска, и призваны побудить банки перенаправлять финансирование в сторону более стабильных корпоративных клиентов.

По данным ЦБ, с начала 2025 года объем корпоративного кредитного портфеля вырос на 12,3%. При этом более половины прироста — 52% — пришлось на займы крупным компаниям. Несмотря на повышение ключевой ставки до 18% в июле, крупнейшие заемщики по-прежнему привлекают свыше 60% новых кредитных средств.

Для банков обслуживание закредитованных компаний становится дороже. Увеличение надбавки до 40% влечет за собой рост капитальных требований именно по ссудам, выданным предприятиям с высокой долговой нагрузкой. В то же время к финансово устойчивым заемщикам дополнительные требования не применяются, что делает их более привлекательными для кредиторов. По информации издания NEG.BY, за первые девять месяцев 2025 года закредитованные группы увеличили свою задолженность перед банками на 10,2% — значительно опередив средний рост корпоративного сектора, составивший 6,5%. В 2024 году четверть всех новых корпоративных кредитов получили всего 20 ведущих компаний.

Директор департамента финансовой стабильности ЦБ Елизавета Данилова

Директор департамента финансовой стабильности ЦБ Елизавета Данилова подчеркнула, что регулятор придерживается дифференцированного подхода: усиление требований затрагивает только сегменты с высокими рисками, при этом сохраняя доступ к финансированию для надежных заемщиков. В пресс-релизе отмечается, что меры направлены на сдерживание дальнейшего накопления долгов в уязвимых корпоративных группах.

Банк России констатирует рост числа компаний, испытывающих финансовые трудности. По итогам первой половины 2025 года на предприятия с повышенной долговой нагрузкой пришлось 58,5% всего корпоративного долга — значительно превысив прогноз регулятора в 34% к концу года, об этом сообщает Лента.ру. Особенно уязвимыми оказались отрасли, пережившие кредитный бум в 2023–2024 годах: строительство, девелопмент и инфраструктурные проекты.

С апреля по сентябрь 2025 года банки сформировали резервный буфер в размере 17 млрд рублей на кредитный портфель объемом 2,1 трлн рублей, выданный таким заемщикам. При новой надбавке в 40% капитальные затраты на новые ссуды для закредитованных компаний существенно возрастут, что дополнительно подстегнет банки к перераспределению ресурсов в пользу финансово здоровых контрагентов. Также повышается минимальная рисковая надбавка по корпоративным кредитам для банков, применяющих внутренние рейтинги (IRB-подход).

В отличие от розничного сектора, где с 1 июля 2024 года действуют жесткие ограничения на рост портфеля необеспеченных потребкредитов (сначала до 9,5% годовых, а затем — до 6%), в корпоративном кредитовании регулятор использует гибкий, риск-ориентированный подход. Общих лимитов на объемы кредитования бизнеса не вводится — вместо этого применяются индивидуальные надбавки к коэффициентам риска, рассчитываемые на основе таких показателей, как коэффициент покрытия процентов и другие метрики финансовой устойчивости.

Многие банки уже усилили формирование резервов на фоне высоких ставок и замедления экономической активности, о чем говорится в обзоре финансовой стабильности ЦБ за II–III кварталы 2025 года. На 1 октября 2025 года достаточность капитала достигла 12,9–13%, а рентабельность капитала — 20,4%. При этом доля просроченной задолженности по потребительским кредитам в III квартале выросла до 12,9%, что ограничивает доступность заемных средств как для населения, так и для бизнеса.

Распределение корпоративного кредитного портфеля (крупный и средний бизнес) крупнейших СЗКО по зонам риска

Общий объем долга в экономике по состоянию на 1 июля 2025 года составил 163,9 трлн рублей: нефинансовые организации — 98,4 трлн (из них кредиты — 84,4 трлн), домохозяйства — 41,7 трлн, это следует из отчета Банка России. Глава Минфина Антон Силуанов исключил возможность поддержки закредитованных компаний за счет средств Фонда национального благосостояния.

8
Дек, 2025

Международные организации представили различные прогнозы роста мировой экономики на 2025 год

Октябрьский доклад Международного валютного фонда (МВФ) оценивает рост мирового ВВП в 2025 году в 3,2%, в то время как отчёт Департамента ООН по экономическим и социальным вопросам, опубликованный в январе, прогнозирует увеличение на 2,8%. Разница в 0,4 процентного пункта отражает различные подходы к оценке влияния торговой политики, инфляции и структурных ограничений.

Детали прогнозов и динамика пересмотра
В своём октябрьском докладе «Перспективы развития мировой экономики» МВФ ожидает замедления глобального роста с 3,3% в 2024 году до 3,2% в 2025 году и 3,1% в 2026 году. Этот прогноз на 2025 год был повышен на 0,2 процентных пункта по сравнению с апрельской оценкой фонда. Ранее, в июле 2025 года, МВФ прогнозировал рост на уровне 3,0%. В отличие от этого, ООН в своём январском докладе не ожидает ускорения роста, прогнозируя сохранение темпа на уровне 2,8% как в 2024, так и в 2025 году. Организация отмечает, что этот показатель остаётся ниже среднего доковидного уровня в 3,2%.

Факторы, влияющие на расхождения в оценках
Экономисты МВФ связывают летнее улучшение своих прогнозов с рядом краткосрочных факторов. К ним относятся опережающие закупки импортных товаров компаниями в ожидании новых торговых ограничений, что временно разогнало мировую торговлю, а также фискальные стимулы в некоторых крупных экономиках и более мягкие, чем изначально опасались, последствия введения новых тарифов. Однако в фонде подчёркивают, что эффект от закупок впрок будет исчерпан, и ожидают, что рост мировой торговли товарами и услугами снизится до 2,9% в 2025 году. ООН в свою очередь указывает на сохраняющиеся структурные ограничения, включая высокую долговую нагрузку, рост стоимости заимствований и геополитическую неопределённость, которые сдерживают более активное восстановление.

Ключевые риски и региональные различия
Обе организации сходятся в оценке преобладания рисков, смещённых в сторону ухудшения ситуации. МВФ называет среди основных угроз длительную неопределённость, усиление протекционизма и шоки со стороны предложения рабочей силы. В октябрьском докладе фонд констатирует, что глобальная экономика адаптируется к условиям усиления фрагментации, а перспективы роста остаются неблагоприятными. ООН также выделяет риски, связанные с торговой напряжённостью и высокой стоимостью заимствований, особенно для стран с низким уровнем дохода. В региональном разрезе МВФ прогнозирует, что рост в странах с развитой экономикой составит около 1,5%, а в странах с формирующимся рынком и развивающихся странах — чуть выше 4%. ООН ожидает, что самым быстрорастущим регионом останется Южная Азия с ростом 5,7% в 2025 году, в то время как в Европе прогнозируется умеренное восстановление с 0,9% до 1,3%.

Последние прогнозы роста в докладе «Перспективы развития мировой экономики

Дополнительные аспекты экономического ландшафта
МВФ обращает внимание на растущие фискальные дисбалансы. В развитых экономиках темпы бюджетной консолидации отстают от планов, а в развивающихся странах растут расходы на обслуживание долга. Фонд также фиксирует замедление роста производительности в развитых странах до минимальных значений за последние 40 лет и увеличение разрыва между странами по уровню внедрения цифровых и зелёных технологий. Впервые в макроэкономическую модель торговли МВФ включён постоянный фактор «климатически обусловленных перебоев», на которые в 2024-2025 годах может приходиться до 0,3 процентного пункта потери мирового роста. Прогноз по инфляции в мире продолжает снижаться, однако, по оценке МВФ, в США она останется выше целевого ориентира. ООН прогнозирует снижение глобальной инфляции с 4,0% в 2024 году до 3,4% в 2025 году.

7
Ноя, 2025
График падения

OECD и ЕЦБ фиксируют падение доступности заемных средств

Согласно данным отчёта OECD Financing SMEs and Entrepreneurs Scoreboard: 2025 Highlights (февраль 2025), в первой половине 2025 года в странах ОЭСР сохраняется тенденция к снижению доступности кредитования для малого и среднего бизнеса (МСП) на фоне роста стоимости заимствований и ужесточения банковских требований к отчетности заемщиков.

Как отмечается в отчете OECD Financing SMEs and Entrepreneurs Scoreboard: 2025 Highlights, объем новых кредитов МСП в странах ОЭСР в 2024 году и в начале 2025-го снизились по сравнению с предыдущим периодом, что связано с ростом процентных ставок. За тот же период увеличилась доля МСП (около 99% всех компаний), испытывающих трудности с погашением обязательств, особенно в секторе услуг. На внутреннем рынке фиксируется рост просроченной задолженности и снижение маржинальности большинства сервисных предприятий при одновременном ужесточении требований к залогу и качеству отчетности заемщиков.

В обзоре Европейского центрального банка Financial Stability Review — May 2025 подчеркивается усиление кредитных спредов и повышение требований банков к полноте и сопоставимости финансовой документации. Особо отмечается, что наибольшие кредитные риски связаны с предприятиями, чья отчетность фрагментарна2 или не сопоставима (данные в отчетах не систематизированы и не связаны между собой).

Европейский центральный банк
ЕЦБ отметил усиление кредитных спредов и повышение требований банков к полноте и сопоставимости финансовой документации.

Наибольшие сложности с доступом к финансированию испытывают компании, не ведущие регулярный аудит и использующие смешанные источники финансирования — такие фирмы не могут предоставить достоверную отчетность и часто демонстрируют неполную картину долговой нагрузки или выручки. OECD обращает внимание, что несовпадение налоговой и управленческой отчетности создает дополнительные риски ошибок в банковских моделях оценки кредитоспособности заемщиков и может приводить к неожиданным дефолтам.
 Выделяют три основных макрофактора, влияющих на рост просрочек и дефолтов в секторе услуг:

  • Повышение ключевых ставок увеличило долговую нагрузку компаний с плавающей ставкой и сузило возможности рефинансирования;
  • Снижение спроса на услуги на фоне роста себестоимости и расходов на персонал ослабило устойчивость даже ранее прибыльных МСП;
  • Недостаточная прозрачность финансовых потоков и отсутствие стандартизированной отчетности затрудняют адекватную оценку рисков банками. 

По данным банка Синара, в 2025 году банки усилили процедуры скоринга ( автоматизированная система оценки платёжеспособности и надёжности заёмщика), повысили требования к залогу, ужесточили проверку документов и стали чаще отказывать субъектам МСП, работающим в неполной правовой форме или не раскрывающим конечных выгодоприобретателей. По итогам I полугодия 2025 года доля компаний, вынужденных обращаться за кредитами в небанковские организации, увеличивается.

Международные организации рекомендуют внедрять стандартизированные цифровые форматы отчетности и налаживать системы обмена данными между налоговыми органами и банками. OECD уже тестирует платформу для обмена агрегированной информацией о кредитах МСП между финансовыми организациями и регуляторами (OECD, 2025).

Снижение доступа к классическим банковским кредитам, по оценкам OECD, может негативно сказаться на занятости и инвестиционной активности МСП, которые составляют около 99% всех компаний в странах ОЭСР. При этом информация о состоянии сектора остается фрагментарной: разные страны применяют несовместимые методики учёта, что затрудняет полноценный мониторинг рисков, связанных с финансированием.