Фрагментированный рост стал нормой: экономика 2025 года подтверждает тренд

Фрагментированный рост 2025 года рассматривается экспертами как показатель не только экономической динамики, но и способности общества адаптироваться к ускоряющимся технологическим изменениям. Российская экономика демонстрирует положительные макропоказатели, однако распределение этого роста остается крайне неоднородным: одни отрасли усиливают позиции, тогда как другие сталкиваются с кадровыми, технологическими и инфраструктурными ограничениями. В дискуссиях о причинах этой неравномерности нередко фигурирует тезис о слабой цифровой адаптивности пожилого населения, однако исследования 2024–2025 годов показывают, что такая интерпретация далеко не универсальна и требует уточнений.

На международном уровне данные OECD Employment Outlook 2025 и тематические обзоры Compendium 2025 фиксируют, что способность работников старших возрастов осваивать новые инструменты зависит прежде всего от условий обучения, дизайна рабочих процессов и мотивационной среды. Эти отчёты приводят случаи, когда компании, внедрившие адаптированные программы повышения квалификации, достигали более высокой производительности именно за счёт вовлечения опытных сотрудников в процессы цифровизации. Таким образом, возраст сам по себе не выступает надежным предиктором технологической гибкости.

Эта мысль подтверждается и исследованием SHRM «Age of Opportunity: Redefining Talent with the 65+ Workforce» (2025), согласно которому большинство работодателей в США положительно оценивают эффективность работников старшей возрастной группы, а сами сотрудники демонстрируют высокий уровень удовлетворенности трудом и готовность к переобучению. Отсюда следует, что распространённая логика, связывающая возраст и низкую цифровую адаптивность напрямую, методологически уязвима: реальное влияние оказывают организационные практики и доступ к качественным образовательным инструментам.

Главное здание РГУ Соцтех

В России проблема цифровой грамотности действительно сохраняется, что подтверждают исследования Нетологии и «Школы 21», согласно которым значительная доля граждан — и молодого, и старшего возраста — испытывает трудности с профессиональным применением цифровых навыков. Однако данные исследования РГУ СоцТех показывают, что почти 40 % россиян старше 55 лет готовы обучаться новым технологиям, а в отдельных отраслях уже есть результаты, демонстрирующие успешную адаптацию. В энергетическом секторе в 2025 году опубликовано исследование «Adapting to Technological Change», где показано, что работники старше 50 лет, проходившие специально адаптированные обучающие программы, не только осваивали ИИ-инструменты быстрее ожидаемого, но и демонстрировали лучшие показатели удержания знаний по сравнению с группами, обучавшимися по стандартным методикам. Это позволяет утверждать, что ключевым фактором адаптации выступает не возрастной профиль персонала, а качество образовательного процесса, структура поддержки и культура компании.

В российских условиях совокупность данных позволяет утверждать, что фрагментированный рост 2025 года формируется за счёт узкого круга быстрорастущих отраслей, тогда как цифровые навыки населения, включая старшие возрастные группы, остаются неоднородными. Вместе с тем результаты эмпирических исследований ученых из НИУ ВШЭ показывают: при правильной организации обучения работники старшего возраста успешно осваивают новые технологии, что снижает риски недоиспользования инвестиций в цифровизацию. 

С экономической точки зрения это означает, что «фрагментированный рост» — не просто результат разного технологического уровня отраслей, а следствие сложного взаимодействия четырех процессов: концентрации капитала, кадровой трансформации, демографических изменений и технологической неоднородности. Компании, которые не вкладываются в развитие цифровых навыков сотрудников, сталкиваются с эффектом «неосвоенного капитала», когда приобретенные технологии загружены не полностью, а производительность растет медленнее возможного. Напротив, организации, которые создают адаптационные программы, получают от цифровизации более выраженный эффект, даже если значительная часть их персонала относится к старшим возрастным группам. Это демонстрирует, что способность экономики использовать инвестиции определяется не возрастной структурой, а качеством перехода к новым моделям труда.